Започна борбата на глобалните елити за след капиталистическото бъдеще! Част 1

29 Юли, 2020
0 коментара

2020 год обернулся для мира множеством неприятностей. Эпидемия коронавируса нового типа охватила все континенты, вызвав крупнейший экономический кризис со времён Великой депрессии, а главная мировая держава – США – погрязла в беспорядках. Своё мнение о том, как меняется международная система отношений под влиянием текущих событий и какое место в новом мире может занять Россия, в интервью Институту Русских стратегий рассказал директор Института системно-стратегического анализа (ИСАН), академик International Academy of Science (Инсбрук, Австрия) Андрей Фурсов.

РУССТРАТ: Андрей Ильич, говоря о международной обстановке, разумно начать с самой животрепещущей темы – эпидемии коронавируса. Наблюдатели интерпретируют происходящее по-разному. На Ваш взгляд, оправдана ли реакция государств эпидемиологической обстановкой? Какую роль здесь играет политический фактор? Или это вовсе намеренные манипуляции, попытки «глубинного государства» испытать определённые виды воздействия?

- Как учил товарищ Сталин, если некая случайность имеет серьёзные политические последствия, то к ней нужно очень серьёзно присмотреться.

То, что есть некая эпидемия со смертями, – очевидно. То, что всё это не тянет на пандемию даже по чисто количественным параметрам, – ещё более очевидно. Бо́льшая часть мер борьбы с якобы пандемией носит явно избыточный характер. ВОЗ, объявившая пандемию, – организация со скверной репутацией коррупционеров и жуликов. Несколько лет назад она уже пыталась запугивать и шантажировать мир, обещая миллионы смертей от свиного гриппа.

Тогда сварганить пандемию не получилось; было расследование; нескольких руководителей ВОЗ с позором изгнали, но дело было сделано: связанные с ВОЗ корпорации заработали 18 млрд долларов. В 2020 году, как и в 2013-м, появились истеричные прогнозы о миллионах смертей, но на этот раз к ВОЗ как по команде присоединились практически все государства, подписавшись под «новое платье короля» и поступившись суверенитетом или тем, что от него осталось.

Более того, Джонсон и Меркель начали сами сеять панику, кликушествуя о неизбежных миллионах жертв. Государственный деятель не имеет право вести себя таким образом, он должен вселять уверенность в сограждан. Кстати, РФ «записалась в пандемию», когда в стране было всего два десятка заболевших.

В 2020 г. всё в мире провернули более организованно, чем со «свиным гриппом», поскольку заранее провели солидную подготовку: в октябре 2019 г. были официально проведены «учения» по борьбе с глобальной пандемией коронавируса.

Создаётся впечатление, что мы имеем дело с глобальной аферой, которая развёртывается в форме индуцированной психической эпидемии и преследует как экономические (прибыль: медицинское оборудование, маски, перчатки, вакцина), так и в ещё большей степени социально-политические цели, на которых следует остановиться более подробно.

Кризис 2008 г. подвёл черту под «тучными годами» мировой экономики. Они были связаны с разграблением бывшего соцлагеря и позволили на полтора десятка лет отодвинуть терминальную фазу системного кризиса капитализма, который в начале 1980-х прогнозировали в США группы под руководством А. Гелл-Мана, Р. Коллинза и Б. Бонера, а в СССР – П. Кузнецов и В. Крылов. Кризис 2008 г. залили деньгами, которые к тому моменту уже прекратили выполнять пять основных функций денег, т.е. перестали быть деньгами.

Кризис же никуда не делся – котёл просто накрыли крышкой, которую со временем стало подбрасывать всё сильнее, и в 2018–2019 гг. ситуация становилась всё более критической. Обычно в истории капсистемы такие ситуации разрешались путём мировых войн, однако в нынешнем мире – индустриальном и напичканном оружием массового поражения различного рода – это крайне опасно. Единственная зона, где можно попытаться «резвиться» таким образом, – Африка, но это не решает проблем капсистемы.

И тут, словно джокер из рукава шулера, подвернулся (подвернули?) коронавирус. В ряде отношений он сыграл роль эрзац-войны: во всём мире был принят ряд мер настолько беспрецедентных (и по масштабу, и по степени избыточного несоответствия медицинской реальности), что их вполне можно сравнить с мерами военного времени. Это:

- закрытие государственных границ, прекращение международного, а в ряде случаев межрегионального транспортного сообщения;

- введение под видом так называемой «самоизоляции» домашних арестов, временного заключения, т.е. по сути приостановление конституционных прав граждан с особенным поражением в правах пожилых под видом заботы об их здоровье (при этом озаботились вдруг те, кто до этого оптимизировал/рушил систему здравоохранения, что било прежде всего по пожилым);

- остановка работы целых секторов экономики с очевидной вероятностью их разрушения;

- установление жёстких мер социального и пространственного контроля над населением (QR-коды, видеонаблюдение и другие «прелести» того, что называют surveillance capitalism – «капитализм наблюдения/контроля»: почти по Фуко: надзирать и карать);

- формирование контуров новой стратификации в соответствии со свободой перемещения и независимостью от пространственного и видеоконтроля;

- приучение населения к жёсткому контролю со стороны властей, к покорности (ношение масок и перчаток, несмотря на их бессмысленность; о том, кто и какие деньги делает на масках и перчатках, я уже не говорю; то же относится к будущей вакцине); по сути – социальная дрессура;

- реализация «под соусом» «пандемии» ряда кардинально важных для глобалистов-цифровиков проектов, которые наталкивались на сопротивление; прежде всего это дистанционное образование, которое убивает образование как таковое («мечта Грефа»).

Этот список можно продолжать, но суть ясна. Впрочем, создаётся впечатление, что у глобальных планировщиков уже в самом начале мая что-то пошло не так. Процессы задели интересы определённой части правящих слоёв в различных странах, и «чрезвычайщики» столкнулись с сопротивлением «нормализаторов», если можно так выразиться, «химиков», которым пришлась сильно не по душе «чрезвычайная алхимия».

Уже тогда в одном из интервью я сказал, что следует ожидать второго хода «алхимиков от чрезвычайки», а именно создания на волне психической эпидемии некоего движения, которое должно расширить и углубить эффект коронапсихоза. Я полагал, что это будет некое экологическое (или с экологической подкладкой) движение в духе тунбергобесия.

С движением я оказался прав, а с «бесием» ошибся: движение возникло, но не на экологической, а на расово-социальной основе «флойдобесия» – Black Lives Matter (BLM); хаосом оказалась охвачена целая страна – США, с прицелом на распространение движения BLM на Европу, по крайней мере, Западную. Результат – хаос в США.

РУССТРАТ: Как сочетается картина нарастающего контроля с этим хаосом, который творится сейчас в США? Многие рассматривают беспорядки в контексте лобового столкновения демократов с республиканцами. Но вместе с тем и тех, и других часто рассматривают как две фракции одного и того же клуба глобального управления. Допускаете ли Вы, что американские события инспирируются из третьего центра, например, из Лондона или откуда-то ещё?

- Мир намного сложнее, чтобы управляться из одного центра, будь то Лондон, Нью-Йорк или (условно) Шанхай. Кроме того, нужно забыть о демократах и республиканцах как партийных структурах. Партийная форма политической организации своё отжила, как и сама политика.

Во всём мире партии уже давно превратились в административно-шоу-бизнесные структуры правящего слоя. Там же, где политики в строгом смысле слова не существовало, как, например, в России и Китае, «партии», будь то КПСС, КПК или то, что пришло на смену КПСС в РФ, партиями не являются, это нечто другое. Причём в РФ даже это нечто другое с затуханием постсоветской эпохи агонизирует.

Это особенно наглядно проявляется в попытках создать вместо старых «постсоветских партий» новые. Им исходно уготована судьба «(при)властных инвалидов детства», сделочная позиция которых по отношению к власти будет намного слабее, чем таковая КПРФ или даже ЛДПР, чаще всего выполняющих для власти функцию «нанайских мальчиков».

В США под маской «республиканцев» и «демократов» идёт борьба совсем других сил, разворачивается совершенно другой, намного более серьёзный конфликт. Речь идёт о схватке внутри верхушки мирового капиталистического класса, о схватке за посткапиталистическое будущее, за то, кто кого отсечёт от этого будущего и в нём.

Несколько упрощая ситуацию, этот конфликт можно определить как борьбу ультраглобалистов с их установкой на безгосударственный финансово-корпоративный электронно-цифровой мир ака концлагерь и глобалистов с их курсом на сохранение государства (отсюда борьба за суверенитет), модернизированной промышленности, а следовательно – обеспечение определённых позиций частично сокращающихся рабочих и средних слоёв; при этом государство подчиняется и МВФ, и Всемирному банку, но, главное, продолжает существовать.

В мире ультраглобалистов государства нет – это мир мощных корпораций типа Ост-Индской компании или территорий-анклавов – нео-Венеций; мир, населённый людьми, а по сути – биороботами без национальных, расовых, религиозных и даже половых различий. И Обама, и Клинтон – ультраглобалисты; сегодня лицо ультраглобализма – это Хиллари Клинтон, которую в ЖЖ удачно окрестили Бастиндой (злая колдунья из Фиолетовой страны мигунов в «Волшебнике Изумрудного города»).

За четыре года президентства Трамп успел поломать многое из того, что строили ультраглобалисты: трансатлантическое партнёрство, транстихоокеанское партнёрство, финансирование Америкой ВОЗ и т.д.

Не надо иллюзий: Трамп выполняет, причём непоследовательно и нечётко, волю определённого сегмента мирового, прежде всего, американского капиталистического класса. Объективно союзником этого сегмента является часть западноевропейских элит с правыми установками – по ним сейчас работает Стив Бэннон.

Антигосударственные устремления ультраглобалистов до недавнего времени имели жёсткое ограничение: прежде чем демонтировать те же США, сначала нужно было демонтировать РФ и КНР; США ведь – это не просто государство (последним президентом США как государства был Никсон), а отчасти государство, отчасти кластер ТНК, железный кулак всех глобалистов – и умеренных, и ультра.

Однако с так называемой цифровизацией стало возможным обнулить или, как минимум, существенно ослабить одновременно всю «большую тройку» государств, до сих пор так или иначе, пусть непоследовательно, в режиме «шаг вперёд, два шага назад» противостоящих ультраглобализму.

РУССТРАТ: Каким образом?

- Сейчас много говорят об электронном правительстве, о «цифровом государстве», контролирующем прежде всего социальные сети. Даже термин такой появился – нетократия (net – «сеть»).

«Цифровое государство» (кавычки, потому что в строгом смысле слова оно государством не является, это иная форма власти) существует отчасти рядом с обычным, институционально-иерархическим, отчасти (причём от большей части) встроено в него – формально с целью усиления эффективности, оптимизации процессов. По существу – для его уничтожения. Поскольку сети, по сути своей, носят надгосударственный характер, «цифровая государственность» – это глобальная власть.

Как заметил З. Бауман, капитал (и, добавлю я, всё остальное), превратившийся в электронный сигнал, не зависит от государства, из которого он послан, от государств, чьи границы он пересекает, и от государства, в которое он приходит. Глобальная цифровая власть надстраивается над государством эпохи Модерна так же, как это последнее (именно для него Макиавелли придумал термин lo stato) надстраивалось в XVI–XVII вв. над традиционными локальными и региональными структурами власти, обнуляя их в организационно-властном отношении.

В условиях триумфа Цифры, если он состоится, старое государство Модерна в принципе можно и не разрушать до конца – оно останется скорлупой, на которую можно списывать огрехи, или даже чем-то вроде дрессированного медведя в цирке.

Глобальная «цифровая власть» – почти идеальная форма для так называемого «глубинного государства». Здесь только нужно уточнить. Во-первых, не «глубинного государства», а «глубинной власти», так как государство – штука формализованная, а так называемое «глубинное государство» – нет. Во-вторых, нужно говорить о «глубинных государствах», они есть во всех крупнейших странах мира, т.е. о структурах (именно так, во множественном числе) глубинной власти (СГВ).

Процесс оформления СГВ – это 1960–1980-е годы. Связан он с появлением офшоров, финансиализацией капитализма, развитием транснациональных корпораций, на которые в значительной степени переориентировалась часть спецслужб и часть госаппарата – при этом формально и те, и другие оставались на госслужбе.

Автономным источником СГВ стал контроль над наркотрафиком и нелегальной частью торговли оружием, золотом и драгоценными металлами, сырьём, иными словами – криминальная глобальная экономика. Глобализация стартовала как криминализация мировой экономики, а её операторы стали, по выражению О. Маркеева, «глобалистами до глобализации».

По всей видимости, СГВ сформировалась и в Советском Союзе (триада: сегменты КГБ/тогдашнего ГРУ, партхозноменклатуры и курируемая ими теневая экономика, прежде всего в Грузии, Армении, Прибалтике, на юге РСФСР и на Украине).

Собственно говоря, перестройка как легализация теневых капиталов и превращение власти в собственность – это главным образом её рук дело, процесс, проведённый ею в кооперации как с СГВ крупнейших государств и закрытыми наднациональными структурами капсистемы (причём не такими, как пресловутый Бильдербергский клуб, а с намного более серьёзными – Cercle/«Круг», Siècle/«Век» и др.), так и с самими этими государствами.

В какой степени «советская СГВ» сохранилась в качестве самостоятельного игрока, а в какой интегрировалась в политико-экономические структуры современного мира – вопрос открытый и не самый интересный: решающую роль в борьбе за мировое послекапиталистическое будущее играют совсем другие силы, и это уж точно не «республиканцы» и не «демократы». Они в лучшем случае тени реальных игроков.   

РУССТРАТ: Стоит ли ждать в Евросоюзе конфликта, аналогичного американскому? Многие прогнозируют продолжение центробежных тенденций. Стоит ли ждать распад?

- Мы видели выступления во Франции, Нидерландах, отчасти в Великобритании и Германии в поддержку BLM, но процесс не пошёл. Не получилось из BLM глобального движения, поэтому, возможно, за коронабесием и флойдобесием последует третий ход ультраглобалистов, если не по сносу, то по демонтажу старого мира. Поживём – посмотрим.

Что же касается Евросоюза, то он с самого начала был искусственным образованием – и это несмотря на то, что после разрушения Римской империи делались постоянные попытки восстановить единую Европу. Первая попытка такого рода – империя Карла Великого, де-юре распавшаяся в 843 г. После этого попытки объединить Европу развивались по двум линиям – гвельфской и гибеллинской.

В конце ХI в. развернулся конфликт между императорами Священной Римской империи германского народа (династия Гогенштауфенов) и римскими папами. Гвельфы – это те, кто поддерживал пап, представляя в основном аристократические семьи Северной Италии и Южной Германии; гибеллины поддерживали императоров, представляя в основном народные средние (бюргерские) и низовые слои.

После поражения Гогенштауфенов проекты объединения Европы можно условно поделить на «гвельфские» (преимущественно «аристократические») и «гибеллинские» (преимущественно «демократические»). Евросоюзы, которые пытались строить Наполеон и Гитлер, были гибеллинскими с небольшой аристократической «горчинкой». Нынешний Евросоюз – это гвельфский проект, реализованный под американо-масонским «всевидящим оком» и в немалой степени благодаря разрушению СССР.

Когда-то Ф.И. Тютчев заметил, что с появлением империи Петра империя Карла в Европе невозможна. И действительно, именно «фланговое государство» (Л. Дехийо) историческая Россия (правда, в союзе с другим «фланговым государством» – Великобританией) ломала все попытки воссоздания каролингской «центральной» империи, будь то Наполеоном, Вильгельмом II или Гитлером.

Показательно и символично, что Евросоюз оформился одновременно с разрушением СССР – «аватары» империи Петра I. При этом, однако, Западная Европа проглотила нечто чужеродное ей, нечто такое, что она неспособна переварить, а мы знаем, что бывает в результате несварения желудка. Восточная Европа в её нынешнем состоянии, с одной стороны, и проблемы западноевропейских интеграторов («жадность фраера сгубила»), с другой, суть результаты этого несварения.

Совершенно ясно, что есть Евросоюз для тех, кто, как сказал бы один гоголевский герой, «почище-с» – это каролингское ядро, и для тех, кто «погулять вышел». Каролингское ядро – серьёзная опасность и для ультраглобалистов, и для умеренных глобалистов США.

Они стараются максимально ослабить его с помощью, с одной стороны, проатлантической части западноевропейских элит, чьи интересы блюдёт тупая и самодовольная брюссельская бюрократия; с другой стороны – так называемой «молодой Европы», в которой больше всех холуйствует польское руководство.

Впрочем, против каролингского ядра у ультраглобалистов и США (здесь их интересы совпадают, хотя и не полностью, а по принципу «кругов Эйлера») есть оружие помощнее – этническое. Они его и применили в 2015 г. в виде «миграционного кризиса», формально спровоцированного атлантистской обслугой Глобозапада и Глобамерики, усиленно превращающих Европу в ПостЗапад.

Среди «несчастных» мигрантов было почему-то много молодых здоровых мужчин, а сам «бурный поток» производил впечатление неплохо управляемого скрытыми лидерами. Самое главное для планировщика – не допустить блока Китая, России и Европы с германским ядром в нечто вроде континентального блока «à la Хаусхофер», только с Китаем вместо Японии.

ЕТИКЕТИ: World;

Коментари

Все още няма коментари. Бъди първи!

Добави коментар


Тракийски свят не толерира обидни коментари и спам. Некоректни коментари ще бъдат изтривани.